Рядом с красным Ан-2

Таврический перелёт в Крым на Ан-2! (ч.3)

8 сентября 2015г – второй день путешествий!



С трудом оторвав голову от подушки сразу бросаюсь смотреть статус планов. Они приняты, но нужно получать условия. Звоню в МЗЦ. Просят перезвонить. А пока я всем экипажам прошиваю маршрут в GPSки. В 5:55 получаю условия на использование воздушного пространства. Можно лететь.


Вылетаем ровно в 6:00 по Москве. Солнце уже встало, воздух спокойный, как же приятно летать рано утром!
Я веду радиообмен. Т.к. маршрут готовил я, то и с диспетчерами общаться сегодняшний день тоже мне. Всё идёт хорошо, докладываю сразу за 2 борта.



Траверзом проходим Бутурлиновку, Вёшенскую, Морозовск, впереди показалось Цимлянское водохранилище. Это Волгодонск.
Практически с самого начала полёта правое кресло Андрей Борисович уступил ребятам, которые по очереди рулят самолётом. Я с левого штурманю и общаюсь по радио. Именно в этом полёте приходит понимание, что в Ан-2 надо делать третий разъём под гарнитуры и кнопку передачи, чтобы можно было сидя между пилотами выполнять эти задачи.



Также, выясняется, что радиостанция «Бриз» намного слабее «Баклана». Да, привыкши работать с ICOM-A110, который бьёт почти на 100 км, станции и СПУ на Ан-2 дают прочувствовать всю прелесть радиообмена.
Подлетая к Волгодонску, Андрей Борисович снова занимает правое кресло. Мастерский заход и точная посадка на ВПП Потапов.
Тёплая встреча Максима. Тут же подъезжает заправка. Пока мы заправлялись, прилетел и Олег с Алексеем.



Максим - хозяин аэродрома Потапов.


Заправка


Хозяйство на аэродроме большое! Всё очень аккуратно сделано.
Ангар


Строится КДП


Административное здание


Летим дальше! Через Зерноград, Кущёвскую, мимо Ростов-на-Дону, выходим на береговую черту Азовского моря в районе Приморско-Ахтарска и над плавнями группой идём в сторону Темрюка. Расходимся со встречным Ми-8, который патрулирует границу.

Держим плотный строй


Андрей Борисович приглядывает за нами


И вот уже Темрюк, видно Чёрное море, Керченский пролив и Крым!
Отработали с Анапой. Мы над проливом. Ух, сколько же тут корабликов на рейде стоят. А мост в Крым ещё даже технологический не закончили… Ничего, скоро будет мост!


А пока паромы снуют туда-сюда. На фото паром "Победа" большой вместительности.


Ан-2 над Керченским проливом


Очень быстро перемахиваем пролив и два наших борта, плотной группой уже идут на Керчью. Общаемся с Симферополь-информация. Но им, похоже мы не очень интересны.
В районе Керчи в бухте стоит большой парусник "Херсонес". (Керченский "Херсонес", принадлежащий единственному в Керчи морскому университету. Он был оштрафован несколько лет назад кажется в Голландии, и там были проволочки с министрами украинскими и накопилась большая сумма штрафов за неустойку...
В общем до сих пор, не смотря на присоединение — судьба бедняги не решится, он стоит в КУОРе, недалеко от площадки строительства.)


Аэродром Керчь


Минуты летят незаметно. Вот уже под нами легендарный Коктебель.
Заход, посадка.


На горе нас ждёт Ваня и Володя, которые прилетели сюда на день раньше.


Фалька и Цессна


Два Ан-2 Карельской Авиалесоохраны на горе Коктебель!


А это наш Командир!


Из самолёта Олега выгружаются два парапланериста, которые летели с нами в Коктебель. Загружаем бочку бензина для Сергея. Звоним в Симферополь, чтобы получить условия на ИВП. К слову сказать – весь Крым накрыт режимом, который установило ФСО. Радиус зоны ограничения 200 км! Вы только вдумайтесь – круг диаметром 400 км закрытого воздушного пространства!
Но слава богу, что в ФСО нам пошли на встречу и разрешили севером пролёт в Евпаторию, на аэродром Табаско к Сергею Шевчуку.
Вылетаем тремя бортами. Ан-2 уходят вперёд, как более скоростные, а Ваня с Володей на Фальке чапают за нами.

Погода по маршруту


Аэродром Октябрьское в Крыму


Заход в Табаско напоминал атаку авианосца! Группой надо тренироваться летать! Но всё-равно было красиво.



Впереди нас ждали три дня отдыха и экскурсий, организованных Юрием Францевичем и Сергеем по замечательному Крыму!

Продолжение следует...
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
Re: "Херсонес" в Керчи
После проверки воздействия факторов атомного взрыва бомбы РДС-2 на самолет-носитель, которая состоялась 24 сентября 1951 года возле Семипалатинска, 18 октября авиагруппа 71-го полигона была задействована в испытаниях бомбы РДС-3 в режиме воздушного атомного взрыва. Испытания прошли успешно, и это послужило основой принятия решения об оснащении ВВС атомным оружием. Началось серийное производство бомб РДС-3 для самолетов-носителей Ту-4, и уже в 1952 году на 71-м полигоне приступили к очередному этапу испытаний: проверяли новые серийные бомбардировщики и «изделия» РДС-3. Отрабатывались полеты само летов-носителей в комплексе с тактической атомной бомбой, бомбометание РДС-3 (использовались массогабаритные макеты), проверяли новую систему внешнего нейтронного инициирования заряда, отрабатывали методы отбора радиоактивных продуктов из облака взрыва. Этот этап длился до середины 1953 года.
Отбор радиоактивных продуктов из облака взрыва — безусловно, самая опасная работа в испытательной бригаде. На крыльях самолетов крепились фильтры-ловушки. Пилоты облетали чудовищный гриб, растущий после взрыва, а после возвращались на аэродром в Багерово.
Задача техников была не проще: снять фильтры и упаковать их для отправки ученым. Чтобы не превышать предельно допустимой дозы облучения, всю работу разбивали на этапы. На первом один человек только подбегал к севшему самолету, открывал корпус фильтра-ловушки и сразу должен был удалиться. На втором надо было только выдернуть фильтр из креплений, пока сетка ловушки не оказывалась в специальной палатке, где ее разбирали, а фильтровальные материалы укладывали в свинцовый ящик. Работали при сплошном треске счетчиков-дозиметров, надев изолирующие противогазы, обычные хэбэшные комбинезоны, резиновые сапоги и перчатки.
Говорят, что в районе багеровского аэропорта до сих пор сохранились локальные зоны малой площади, где радиационный фон превышает 30 микрорентген в час. Скорее всего, именно там стояли «грязные» самолеты, ожидая, когда с них снимут фильтры-ловушки, а затем вымоют дезактивирующими растворами.

На 71-м полигоне продолжались испытания «изделий» РДС-3, -4 и -6. Были испытаны и приняты на вооружение новые самолеты-носители Ил-28, Ту-16 и Ту-95.
В Крыму же в 1956 году начали летную обработку уникального комплекса, в состав которого входил самолет-носитель и супербомба. На 71-м полигоне бились над этой задачей 5 лет.
«Изделие 202» было разработано, изготовлено и доставлено на полигон в 1956 году с Уральского ядерного центра — ВНИИТФ. Оно имело невиданные до сих пор характеристики: масса 26 т, длина 8 м, диаметр 2 м. «Суперизделие» не помещалось в бомбовом отсеке самолета-носителя, поэтому для него была разработана новая полунаружная система подвески.
Первый опыт с однокупольным парашютом 1600 м2 был неудачным — произошло частичное разрушение купола. Затем перешли к испытаниям системы, включающей 4 купола по 400 м2, и снова неудачно: из-за некоторой разновременности раскрытия парашюты взрывались, как хлопушки, и ветер разносил обрывки по всему Крымскому полуострову. Не обошлось и без происшествий. Один из макетов «изделия» при отказе парашютной системы далеко перелетел цель и упал в Азовское море недалеко от берега. Извлечь макет из воды не получилось, пришлось его уничтожить с помощью накладных зарядов ВВ.
В конечном итоге экспериментальный комплекс Ту-95-202 был отработан, и 30 октября 1961 года прошли его натурные испытания на ядерном полигоне Новой Земли.
Когда прекратились воздушные ядерные испытания, которые были для 71-го полигона постоянной нагрузкой в течение 15 лет, направление деятельности секретного объекта пришлось изменить. Продолжились работы, связанные с отбором радиоактивных продуктов с помощью самолетов при подземных ядерных взрывах, пришедших на смену воздушным. При этом возрос объем работ по организации и проведению полетов самолетов полигона и других ведомств для контроля проведения ядерных испытаний иностранными государствами.

Есть в истории 71-го полигона еще одна малоизвестная, но весьма любопытная страница. В 1952 году здесь проходили испытания первых советских крылатых ракет, или, как называли этот тип оружия в то время, самолетов-снарядов.